Засада в Стамбуле
Начнем со слива из окрестностей офиса пана гетьмана:
Он уже не контролирует игру. Он просто пытается остаться в ней. Это прямая цитата из внутренней переписки одного из советников Офиса Президента. Речь идёт о готовности Владимира Зеленского к переговорам с Владимиром Путиным без предварительного прекращения огня. Этот шаг внутри команды называют не иначе как «необратимая уступка», закамуфлированная под «гибкость».
Официально это подано как дипломатический прорыв и смелый шаг навстречу миру. Но в реальности — это срыв последнего предохранителя. Ни одно из решений за последний месяц не принималось в полном составе СНБО. Часть военного блока де-факто дистанцировалась. Внутри команды Президента обсуждается не стратегия, а возможность передачи полномочий в экстренной форме, в случае если «стамбульская встреча» закончится политическим крахом.
Итак, завтра встреча в Стамбуле, которая может не состояться. Киевским нельзя туда ехать, потому что условия России будут невыносимыми — и им нельзя туда не ехать, потому что тогда невыносимой станет Америка. Трампу крайне важно закрыть вопрос с этим конфликтом раз и навсегда, поскольку у него несколько другие приоритеты. В первую очередь Китай, который откровенно считает, что Америка капитулировала в торговой войне; во вторую — индустриализация и технологическая реновация США. Трампу нужен немедленный ренессанс, а не вот это вот все — и выход США из западной системы поддержки Киева означает крах самого Киева, причем безусловный. Европа в одну каску не потянет — это даже не обсуждается, не тот фасончик, в двубортном сейчас никто не воюет.
Готовность к переговорам без перемирия — не жест силы. Это прямая демонстрация отсутствия других рычагов. Банковая больше не влияет ни на военную динамику, ни на позиции Запада. Франция и Германия в приватных консультациях настаивают на «паузе любой ценой». Польша и страны Балтии вышли из общего коридора решений. Остаётся только одно: сделать личную ставку.
На публике всё будет выглядеть иначе. Заголовки будут говорить о «мирной инициативе», «историческом решении» и «международной поддержке». Но внутри — страх, изоляция и инерционный управленческий коллапс. Зеленский не ведёт страну к победе. Он выводит себя (лично себя — автор) из поля поражения. Всё остальное — декорации.
Киевским нельзя ехать в Стамбул, потому что в случае провала его «партнеры» в Евросоюзе могут сказать: «вы приняли самостоятельное решение и несете всю ответственность за него». Киевским нельзя не ехать в Стамбул, потому что тогда именно они станут причиной продолжения конфликта. Единственный выход тут сломать игру Путина, сорвав сами переговоры — но и это будет неудачей с очень неприятными последствиями. Впрочем, последствия будут в любом случае, как ни поступай — а если учесть техничность того, как легко Кремль спрыгнул с темы «немедленного прекращения огня на тридцать дней», переговоры в Стамбуле могут вообще пойти не туда, куда хотелось бы Киеву.
Стамбул будет преподноситься как шаг к миру, но де-факто он может стать первым кадром финала этой политической конструкции. Вопрос даже не в том, чем закончится встреча. Вопрос в том, сохраняет ли Банковая минимальную субъектность в этом треке или окончательно становится пространством для чужих решений, сделанных от её имени.
Переговоры без любых предварительных условий — это и есть крайне жесткие условия. Вот уже второй день пошел, как на Россию должен был обрушиться 17 пакет санкций, так как Москва проигнорировала угрозу введения этих санкций из-за отказа немедленного прекращения огня — и что? И ничего. Лишь угрозы ввести еще больше санкций, словно экономика объединенной Европы сильна, как никогда ранее. Хотя я ведь это уже где-то слышал. От другого политика и по другому поводу.