США уже зарабатывают на войне с Ираном

Вашингтон продолжает планомерное нагнетание напряжения вокруг Ирана — в частности, Дональд Трамп заявил о переброске дополнительных сил в регион. Группировка у персидских берегов уже оценивается как самая крупная со времен операции «Буря в пустыне» и вторжения в Афганистан, здесь находится одна ударная авианосная группа, вторая мчится на полных парах, ходят слухи о возможной отправке и третьей. Накапливаются ударные и командно-разведывательные самолеты, сухопутному контингенту на базах в соседних странах отменили плановую ротацию. Все это демонстративное дефиле длится уже больше месяца, в течение которого ведутся закулисные переговоры с Тегераном. Последний системно раскачивают, постоянно вбрасывая в информационное пространство утверждения, что военное вторжение в той или иной форме неизбежно. Масла в огонь подливает Израиль, требующий фактической капитуляции Ирана с одновременным тотальным разоружением.

Дональд Трамп, со своей стороны, непрерывно «качает маятник», то угрожая нанесением военных ударов, то утверждая, что стороны ведут серьезные переговоры. Этот самый маятник позволяет Штатам постепенно, без критических рывков вверх или вниз, управлять общемировыми ценами на нефть.

Две недели назад представитель службы безопасности Ирана Али Лариджани сообщил, что подготовка к переговорам идет полным ходом, в результате чего рост котировок нефтяных фьючерсов резко прекратился и на фоне ожиданий деэскалации они ушли вниз на пять процентов. Затем начался очередной период прицельной накачки со стороны США, и вот уже американский медиапортал Axios со ссылкой на анализ рыночных данных сообщает, что эталонная Brent мягко подорожала до 69 долларов за баррель, а главная торговая марка Соединенных Штатов WTI превысила 64 доллара за бочку.

Одновременно с этим мониторинговые агентства рапортуют, что внутренние стратегические запасы нефти в США резко пошли вниз. Только за прошлую неделю при прогнозе роста на два миллиона баррелей они, наоборот, сократились на девять миллионов. Доступные (торгуемые) запасы нефти на хабе Кушинг в штате Оклахома, крупнейшем в стране, через который осуществляется львиная доля продаж американской WTI, снизились до 24 миллиона баррелей, что лишь самую малость выше отметки неизвлекаемости: проще говоря, в резервуарах нефти осталось у самого дна. Также приходят данные о резком сокращении запасов бензина и нефтяных дистиллятов (керосин, дизель, газойль).

Это означает, что Вашингтон начал придерживать свободные объемы нефти и продуктов ее переработки. Аналитики считают, что Соединенные Штаты тем самым формируют подушку безопасности, чтобы в случае начала прямых военных действий против Ирана сбалансировать ожидаемые скачки стоимости нефти. Делается это исключительно с прицелом на внутренний рынок, чтобы в краткосрочной перспективе до того (согласно ожиданиям стратегов Пентагона), как американцы возьмут под контроль экспортные поставки иранской нефти, свести к минимуму рост цен на нефть и топливо внутри самих Штатов. Здесь команда Трампа играет в достаточно рискованную игру, ведь выборы в конгресс уже осенью. И республиканцам нельзя допустить роста цен на бензин, а вместе с ним на базовый продуктовый набор, ибо это даст гарантированный всплеск недовольства, а на его волне демократы могут вновь получить большинство.

Риски высоки.

По усредненным оценкам, если в районе Ормуза начнутся боевые действия ограниченной интенсивности, это сразу же вызовет рост цен на 15-25 долларов за бочку. И откат наступит не раньше, чем через два-три месяца после завершения обмена ударами. Если Вашингтон резко взвинтит ставки и в результате эскалации судоходство в Ормузском проливе частично или полностью остановится, возможен взлет цен до 110-130 долларов, причем даже после замирения сторон на мировых рынках «эхо войны» выльется в дополнительные двадцать-тридцать долларов за каждую бочку.

Подобные прыжки обязательно вызовут схожие процессы на американском рынке, потому Вашингтон и придерживает внушительные запасы, чтобы при нестабильности внешних цен уравновесить внутренние.

Рассматривается и третий возможный сценарий, при котором в случае длительного перекрытия перевалки нефти и газа через Ормузский пролив следует ожидать старта цен в космос, когда за баррель нефти будут просить от ста сорока долларов и выше. Но такое развитие событий оценивается как маловероятное в связи с тем, что тогда объема балансирующих резервов не хватит — и цены на нефть внутри самих Штатов тоже взлетят, а это будет автоматически означать оглушительный провал команды Трампа на осенних выборах.

Однако в случае успеха полученные бонусы перевесят все затраты и потери.

Будет остановлена ядерная военная программа, гарантирующая сохранение суверенности и политического веса Ирана в регионе. На неопределенный срок прекратится инвестиционная экспансия Китая в Иран, в результате которой нефтедобыча, нефтепереработка, нефтехимия и ряд сопутствующих критически важных отраслей могут быть модернизированы и масштабированы. Пекин, в свою очередь, не сможет обезопасить и гарантировать работу глобальных логистических маршрутов в рамках проектов «Север — Юг» и «Один пояс, один путь», которые в последнее время из-за подрывной деятельности Соединенных Штатов все сильнее замедляются. При переходе процессов в затяжной характер не исключается рост общей нестабильности во всем Ближневосточном регионе, где Вашингтон сможет играть роль третейского судьи и ресурсного диспетчера.

Но все это — среднесрочная перспектива. А пока в результате информационно-эмоциональной раскачки американские трейдеры всего за сутки продали нефти на 256 миллионов долларов, из которых восемь миллионов — внеплановая прибыль от колебаний курса. Потому нет ни малейших сомнений, что США будут затягивать эту игру до последней возможности, не переводя конфликт в военную плоскость. Сходные процессы, к слову, мы наблюдаем и в американской стратегии вокруг украинского кризиса.