По обоюдному разногласию: Иран показывает готовность к компромиссу с США

Есть ли шанс избежать военной эскалации

В Омане 6 февраля должны стартовать переговоры между Ираном и США. В российском посольстве в Тегеране заявили, что он демонстрирует готовность к компромиссу, однако ключ к возможной сделке находится в Вашингтоне и европейских столицах.

В дипмиссии указали: западные страны до сих пор делают ставку на санкционное и силовое давление вместо поиска взаимоприемлемых решений. Жесткая риторика Дональда Трампа, ранее заявившего о переброске американских ВМС в регион и о необходимости полного отказа Исламской Республики от ядерного оружия, не утихает.

Запад продолжает давить на Иран

Иран демонстрирует готовность к мирному урегулированию разногласий с США, однако перспективы возможной сделки зависят прежде всего от позиции Вашингтона и европейских столиц. Об этом «Известиям» сообщили в посольстве России в республике.

— Иранская сторона публично и на различных уровнях не скрывает готовность пойти на мирное взаимоприемлемое решение разногласий с США. Об этом, в частности, неоднократно заявлял министр иностранных дел ИРИ Аббас Аракчи, указывая при этом на необходимость соблюдения справедливого и равноправного подхода, взаимоуважения, восстановления доверия и полного отсутствия угроз, давления и ультиматумов со стороны США, — отметили в дипмиссии.

На 6 февраля запланированы переговоры между США и Ираном в Омане. Хотя американские СМИ писали, что встреча не состоится из-за разногласий по поводу места и формата диалога, а также расхождений насчет его повестки. Однако глава МИД Ирана опроверг эту информацию: переговоры, по его словам, должны стартовать в Маскате в первой половине дня.

— Вопросы о возможности достижения мира стоило бы адресовать в Вашингтон и столицы европейских стран, которые до настоящего времени в достаточной степени не продемонстрировали разумного подхода в том, что касается достижения мирной сделки, предпочитая вместо этого использовать иные инструменты, доказавшие свою практическую бесполезность, как то двойные стандарты, незаконные санкции и угрозы применения военной силы, — добавили в российском посольстве.

Справка
Ядерную сделку (СВПД) в 2015 году подписали Иран, Россия, США, Великобритания, Франция, Китай и Германия. Она предполагала отмену антииранских санкций в обмен на ограничение Тегераном своей ядерной программы. Однако в 2018 году президент США Дональд Трамп в одностороннем порядке вышел из СВПД, вновь наложив американские санкции на Тегеран.

В ответ Иран начал поэтапно отказываться от ряда своих обязательств по соглашению. Сперва он приостановил продажу избытков обогащенного урана и тяжелой воды в другие страны, а также превысил потолок запасов низкообогащенного урана в 300 кг.

Иранский специалист по международным отношениям Хади Исса Далул считает, что договориться сторонам будет весьма непросто и есть риск срыва этого процесса.

Между тем давление со стороны Белого дома нарастало с начала года. В конце января Дональд Трамп заявил о направлении к берегам исламской республики значительных сил американских ВМС и вновь подчеркнул, что возможная сделка с Ираном должна предусматривать его полный отказ от ядерного оружия.

В Тегеране дали понять, что в случае военной атаки нанесут ответные удары по американским объектам и союзникам США в регионе, включая Израиль. Его руководство, к слову, заявляет о готовности к любому развитию событий и предупреждает о «тяжелых последствиях» для тех, кто нападет на страну.

Оценивая риски военной эскалации, Хади Исса Далул отмечает, что военное нападение американцев на Иран маловероятно. По его мнению, дело в цене такого сценария. Полномасштабный конфликт, указывает эксперт, означал бы серьезный удар по военному сектору США и подрыв его функциональности, тогда как сегодня он остается одним из источников стабильных доходов для бюджета Штатов.

Москва готова вывезти иранский уран

Переговорный трек между Вашингтоном и Тегераном остается в кризисе уже более года. В 2025-м несколько раундов консультаций о ядерной проблематике не принесли результатов на фоне военной эскалации, включая удары США по иранским ядерным объектам и операцию Израиля против Исламской Республики летом прошлого года. Встреча в Омане рассматривается как первая попытка прямого диалога на фоне угроз Трампа обрушить на Тегеран «огромную армаду».

На этом фоне в Москве обсуждают возможные практические шаги по снижению напряженности. В Кремле ранее подтвердили, что инициатива по вывозу излишков обогащенного урана из Ирана на территорию РФ рассматривается. Российская сторона подчеркивает, что такие запасы принадлежат Тегерану и их наличие не противоречит обязательствам страны по Договору о нераспространении ядерного оружия, а решение о возможном вывозе может принять исключительно Иран.

По данным источников New York Times, секретарь Высшего совета нацбезопасности Ирана Али Лариджани во время недавнего визита в РФ передал Владимиру Путину личное послание от верховного лидера Али Хаменеи. Суть предложения: Иран может согласиться вывезти излишки обогащенного урана на территорию России.

По словам госсекретаря США Марко Рубио, США настаивают на включении в обсуждение вопроса ракетной программы Ирана. Тегеран же с самого начала заявил Вашингтону о готовности обсуждать исключительно ядерный вопрос.

Об этом сообщило агентство Mehr со ссылкой на источник, добавивший, что выходящие за рамки договоренностей требования американской стороны могут привести к тупику, ответственность за который, по мнению Ирана, лежит на Вашингтоне.

Параллельно Иран активизирует консультации с Москвой и Пекином, рассматривая их как важные внешние опоры на фоне нарастающего давления со стороны Запада.

Замминистра иностранных дел Ирана Казем Гарибабади 4 февраля провел консультации с послом РФ в Тегеране Алексеем Дедовым и направился в Пекин, чтобы передать председателю КНР Си Цзиньпину послание от президента исламской республики Масуда Пезешкиана.

Как сообщили в иранском внешнеполитическом ведомстве, на встрече с российским дипломатом обсуждались состояние двусторонних отношений, а также ключевые вопросы и события, представляющие взаимный интерес для Тегерана и Москвы.