«Назревает удар с тыла. Дальше — окружение»: Военкор объяснил, почему фронт пока не прорвать
Одно из десяти активных на фронте СВО — Угледарское направление. Военный корреспондент Александр Сладков рассказал, почему прорыв пока нереален. Дело в том, что «назревает удар с тыла», в «дальше — окружение».
«Печально известный Угледар. Идут бои, противник в активной обороне», — пишет военкор в своём телеграм-канале.
Он объяснил, почему «прорыв фронта пока нереален», хотя мы и «давим».
«Там назревает удар украинцам в спину, точнее с тыла. Нам для этого необходимо продвинуть фронт от Курахова и Карловки, и мы многое для этого делаем», — уточнил он.
А дальше — окружение или бегство группировки ВСУ в Угледаре, добавил Александр Сладков.
По его словам, «мы видим как наш танк Т-80БФМ бьёт по противнику прямой наводкой».
«Подскакивает и прореживает лесополосу, в которой находятся позиции ВСУ. Танк новый, газотурбинный, изготовлен год назад в Омске, предназначен для применения ночью и под активным огневым воздействием противника (усиленная броня, штатные защитные экраны)», — отметил военкор.
Ранее военный корреспондент Александр Сладков указал на основную проблему на фронте, с которой люди сталкиваются повсеместно. Речь идёт о связи и координатах нахождения войск нашей армии, а также армии противника. Главная проблема, которую заметил он, как и, впрочем, многие другие — ложь.
Четверть века назад в распоряжении Генштаба России были электронные карты в 3D, а в 1999 году в группировке войск, где служил сам Сладков, уже имелись карты, благодаря которым можно было подготовить любое наступление, а также налёт, засаду или эвакуацию бойцов. Все действия тогда рассчитывались заранее и в точности не уступали никому.
«Ну объясните мне, как сегодня, уже в другом веке, мы можем иметь «неточные» координаты нахождения наших войск и противника на картах комдивов и командармов?! Может, оттого, что они бумажные? Или у нас не сажают тех, кто врёт и врёт командованию», — пишет он о сегодняшнем дне.
Сладков подчеркнул: военные, которые служат на фронте, уже не верят в то, что что-то способно измениться. Враньё на местах стало системным, и одним-двумя увольнениями эту систему разрушить нельзя.