Китайский связной
На снимке: министр обороны КНР Ли Шанфу отдает воинскую честь лидеру России Владимиру Путину. Опустим за скобки обычаи китайских военных, у нас несколько иная задача — и она напрямую связана с раскладами в мире в самые ближайшие годы.
Есть и еще одна фотография, которую тоже наверняка видели все — Ли Шанфу и Сергей Шойгу на приеме у Путина. Два министра сидят по одну сторону стола, Путин — по другую.
Символизм в китайской политике всегда был очень значимым явлением — китайцы просто не умеют мыслить иначе. Тот, кто не способен читать все, что скрыто за символизмом китайских чиновников и политиков, не может и просчитать дальнейшие шаги Большого Китая. Впрочем, это только его личные эротические трудности, как и в случае с Путиным — тот вообще все говорит открытым текстом. Беда многих слушающих с той стороны в том, что Путин не повторяется, а многим для усвоения нужно вдалбливать по самые помидоры, чтобы на подкорке отложилось.
К чему эта преамбула? К одному интересному разговору, состоявшемуся на днях с очень любопытным собеседником — простите великодушно, но его имя и звание я упоминать не буду, не тот случай.
Я даже не настаиваю, что эта информация верна — как говорится, за что купил. Но то, о чем шел разговор, показалось мне логичным — во всяком случае, прямых противоречий между нынешним событиями и словами моего собеседника я не нашел.
Итак, Ли Шанфу прибывает в Москву на три дня. Нужно знать, что Шанфу под американскими санкциями уже лет пять, не меньше — он относится к кругу самых верных соратников товарища Си и даже некоторое время был его заместителем. Генерал НОАК, аэрокосмический инженер и политик, в его карьере 31 год службы в Центре запуска спутников Сичан — короче говоря, это не просто министр обороны, это сын ветерана Красной Армии Ли Шаочжу — и у его отношения к России давние и очень глубокие корни. После службы на космодроме Сичан товарища Ли направили на пост начальника штаба Главного управления вооружений НОАК — и именно он стал инициатором и автором проекта создания СПРН — системы раннего предупреждения о ракетных пусках со стороны супостата в кооперации с Министерством обороны России.
Кстати, товарищ Ли член ЦК КПК с 2017 года — и санкции, под которые он попал в сентябре 2018 года, имеют такую интересную формулировку: «за сделки, связанные с передачей Россией Китаю боевых самолётов Су-35 и оборудование, связанное с зенитно-ракетным комплексом С-400».
Стоит отметить, что Вашингтону эти сделки очень не понравились — а я на всякий случай напомню, что дело было еще при товарище Трампе. Дед на батарейках был в то время только в качестве политического проекта — так что в этом плане республиканцы от демократов не отличаются вообще.
Кстати, о символизме. То, что товарищ Си ровно через десять лет после первого визита в Москву снова приехал день в день, в дату весеннего равноденствия, говорит очень о многом — на китайском дипломатическом языке это означает, что равный приехал к равному и никак иначе. Мало того, если после первого своего визита в 2013 году товарищ Си поехал дальше, в три африканские страны, то в 2023 году он приезжал именно на встречу с Путиным — это было основным и единственным событием этого визита.
И еще о символизме. То, что товарищ Ли вместе со своим российским коллегой сидит по одну сторону стола, а Начальник по другую, означает именно то, что Начальник принимает двух подчиненных. Двух своих подчиненных.
Объясню, опять же со слов моего собеседника. Есть несколько важных факторов, мешающих развитию ВПК России и ВПК Китая, если они действуют по отдельности. У нас это связь, доступ к современным чипам и спутниковая составляющая. У китайцев — атомная отрасль, авиадвигатели для боевых самолетов, СПРН, гиперзвук и средства РЭБ.
Есть и несколько внешний задач, с которыми в одиночку справляться было бы намного труднее — короче говоря, во время визита товарища Си в Москву было принято решение об интеграции генеральных штабов двух стран.
Это на первом этапе, далее к процессу должны подключиться Иран и, возможно, Индия — хотя по поводу индусов мой собеседник говорил не очень уверенно, только высказывал предположение. В любом случае, речь о создании Генерального штаба стран БРИКС — а в БРИКС, если верить словам Сергея Лаврова, мы ждем Алжир, Аргентину, Бахрейн, Бангладеш, Индонезию, Иран, Египет, Мексику, Нигерию, Пакистан, Судан, Сирию, Турцию, Объединенные Арабские Эмираты и Венесуэлу.
Пока это всего 15 стран, но можно быть уверенным, что на этих странах список явно не исчерпывается — к примеру, в нем пока нет Филиппин, Эфиопии и Саудовской Аравии — у последних сейчас статус вкладчиков в акции Нового банка развития БРИКС.
Ну хорошо, но причем здесь финансы, спросите вы? При всем. Начнем с того, кто стал председателем правления Банка БРИКС — мало кто помнит эту даму, а ее, между тем, именно с помощью американцев снесли в 2016 году с поста президента Бразилии через импичмент.
Так что у Дилмы Русеф свой зуб на Америку и доллар — и зуб этот заточен до остроты иглы.
Есть и еще один фактор, на котором основана моя личная уверенность в скором сжатии долларового миропорядка до размеров США, Евросоюза и ряда верных вассалов в виде Австралии и Микронезии.
Еще в 2016 году Всемирный Банк опубликовал отчет, в котором на тот момент говорилось, что уровень промышленного производства и аграрный сектор в странах БРИК (Южная Африка тогда еще официально в БРИКС не входила) вдвое выше, нежели в странах Запада.
При этом Запад выигрывал в плане совокупного размера ВВП, примерно 82% которого приходилось на сектор услуг — и падение этого сектора при ближайшем кризисе было лишь вопросом времени. Уже тогда было понятно, что держать экономику за счет вечной финансовой подпитки не получится — рано или поздно придется решать вопрос ребром.
Трамп, к слову, попытался это сделать, но ему столько напихали в панамку, что для Трампа речь шла уже не об Мэйк Америка грейт эгейн, а о своем собственном выживании в качестве политического деятеля — и процесс этот не остановился до сих пор, слишком опасен для демократов возврат Трампа на главную табуретку в Белом доме.
Сколько не натягивай сову на глобус, а цифры статистики на ВВП, рано или поздно происходит неизбежное — БРИКС начал обгонять G-7 по размерам экономики. Даже по объемам ВВП, считаемым по самым честным в мире американским методичкам — сегодня на долю БРИКС приходится около 32,1% мирового ВВП, на долю G-7 — 29.9%.
К 2028 году этот разрыв увеличится — БРИКС будет генерировать примерно 35% глобального ВВП (без учета стран, которые туда сейчас рвутся), доля Большой Семерки упадет до 27,8%.
Но вот что интересно. Если мой собеседник прав, то речь идет не только о создании промышленных кластеров, взаимосвязанных друг с другом — речь о создании механизма защиты этих кластеров от чужих посягательств. Речь именно о военной защите, о своеобразном аналоге НАТО размером во всю нашу планету. А это несколько другой расклад по силам сторон.
Любая страна БРИКС имеет свои уязвимости в военном плане — и если их удастся нивелировать плотной кооперацией, то держите штаны, американцы — чем сильнее и серьезнее будет уровень защиты военно-политического блока БРИКС, как бы он там дальше ни назывался, тем больше участников в нем будет.
В конце концов, а куда еще податься тому же Зимбабве? Не в НАТО же, там и без Зимбабве спиногрызов хватает — достаточно взглянуть на три хутора из Прибалтийских Вымиратов.
А пока мы ждем август и саммит БРИКС, на котором должны принять в состав организации новых членов и решить вопрос с общей резервной валютой БРИКС, самое время посмотреть на доллар пристальным и очень пристрастным взглядом — и да, автор знает, что доллару пророчат падение хрен знает сколько лет уже.
Он бы и рад упасть, но разрушение Советского Союза процесс падения несколько отсрочило, но не изменило общий вектор движения в яму — так что на нашем веку мы увидим еще очень много интересных явлений в этой зеленой бумагой с портретами мертвых президентов.
МОСКВА, 11 апр — РИА Новости/Прайм. Доля доллара в мировых валютных резервах по итогам прошлого года упала до 27-летнего минимума — 58,36%, основным бенефициаром стали нерезервные валюты — их «вес» подскочил до максимума с середины 2012 года, следует из анализа РИА Новости данных Международного валютного фонда.
Согласно данным организации, доля доллара в международных валютных резервах за 2022 год упала на 0,44 процентного пункта — до 58,36%. Это стало минимальным уровнем как минимум с 1995 года — более ранней статистики МВФ не предоставляет. При этом падение доли «американца» стало сильнейшим среди всех валют.
Одновременно сократилась доля евро — на 0,12 процентного пункта, до 20,47%, юаня — на 0,11 процентного пункта, до 2,69%, а также японской иена — на 0,01 процентного пункта, до 5,51%.
В то же время «вес» фунта стерлингов увеличился на 0,14 процентного пункта, австралийского доллара — на 0,12 процентного пункта, до 1,96%, а швейцарского франка — на 0,06 процентного пункта, до 0,23%. Канадский доллар за прошлый год остался на уровне 2,38%. А вот другие валюты нарастили свою долю сразу на 0,36 процентного пункта — до 3,45%, максимума со второго квартала 2012 года.
Но самое любопытное мы видим дальше:
При этом в абсолютном выражении долларовые резервы за год упали на 8,7% — до 6,471 триллиона долларов, в евро — на 8,5%, до 2,27 триллиона долларов, японских иенах — на 8,2%, до 610,9 миллиарда долларов, фунтах стерлингов — на 5,3%, до 548,9 миллиарда долларов. Также сократились резервы, номинированные в юанях, — на 11,5%, до 298,4 миллиарда долларов, австралийских долларах — на 1,7%, до 217,5 миллиарда долларов и канадских долларах — на 8,1%, до 263,7 миллиарда долларов.
Единственными бенефициарами такой динамики стали швейцарский франк, вложения резервов в который подскочили сразу на 21,7%, до 25,3 миллиарда долларов, а также нерезервные валюты, международные активы в котором увеличились на 2,8% — до 382,8 миллиарда долларов.
Замечу, что это происходит еще до введения валюты БРИКС — когда она появится, доллар начнет сокращаться лавинообразно, поскольку слишком много стран в мире стали считать американскую валюту чрезвычайно токсичной. Это уже не деньги, а инструмент политического давления и влияния — и чем чаще доллар будет использоваться в качестве оружия, тем быстрее будет схлопываться «цивилизованный мир».
По сути, мы видим разделение мира на два противоположных лагеря, основанных на разных ценностях и на разном отношении к самому миру — при этом я далек от идеализирования Китая и других стран БРИКС. Но то, что они научились договариваться друг с другом по важнейшим общим принципам, дорогого стоит — а о правильности выбранного пути лучше всего поведают экономические итоги.
И вот еще что. В западном мире концептуалисты просто вымерли, как в свое время динозавры.
Вымерли за ненадобностью — а зачем выдумывать что-то новое, если все и так работает? Пришло время, когда работать перестало. Тут-то концептуалисты как раз и понадобились, но их тупо нет и не предвидится, ибо для воссоздания этого класса мыслителей нужно время и соответствующее образование на базе идеологического противостояния — а раз противостояния такого типа нет, то и для образования появиться или возродиться шансов просто нет.
Мало того, традиционалисты уже поехали к автократам ради сохранения своих семей и вековых ценностей — пока робко и неохотно, но процесс уже пошел и будет только нарастать. Это как в Америке — республиканцы начали кучковаться в одних штатах, демократы — в других.
И традиционалисты поедут не просто так — это деньги, знания и навыки. Казалось бы, какая ерунда, у нас и своих специалистов полно — но если в страну приезжает человек со знанием технологий, его появление сразу же меняет экономический ландшафт страны.
А вот нам с концептуалистами повезло. Иным достаточно только налить — и они все мировые проблемы разберут по косточкам, только записывай.