Как «вэсэушник» перепутал своих и чужих сидя два дня в окопах на «передке»
Вот что рассказал попавший по воле случая в неразбериху военный солдат ВСУ. Его рассказ от первого лица отображает, что там творится на «передке».
Монолог сдавшегося военного «вэсэушника».
«Мы прибыли не первый раз уже на позицию, выходим в общем. А там раньше изначально наши пацаны стояли, там где… это самое… на тех позициях, как раз возле лесополосы.
Нас привезли, как для усиления, и сказали, что нужно дальше вот здесь в общем нести «дежурство» в линии, в одном окопе.
А рядом вроде мы знали, что наши гранатомётчики стояли. Ну, я думаю — стоят и стоят, мы к ним не подходим и они к нам не подходят. У всех свои дела.
Время постепенно проходит, и тут думаю: «Да, что такое, уже вторые сутки пошли никто не реагирует, никакого общения. Они к нам не идут, а мы к ним не ходим.»
А тут уже очередной вечер наступил. Я смотрю, что-то ребята подбежали, говорят «быстренько надо окопаться, надо удержать позицию, надо -надо окопаться.»
Во, думаю, пацаны уже окапываются тут вовсю.
Тут я уже подхожу к ним, а то никого близко два дня не видел, и говорю: «Ребят, слышите, а вы что тут окапываться будете?»
Они мне в ответ: «Ну, да… » Я им отвечаю: «Ну, добро тогда, всё хорошо. Мы тут рядом, если что…»
Они тоже сказали: «Ладно, добро, давай!»
Так в общем пообщались быстро и разошлись.
Утром подежурили такие уже, поворачиваемся, и я думаю, что они к нам не подходят и мы к ним не подходим. Они там что-то по-своему грузят, а мы тут по-своему в общем.
Посидели ещё немного. А тут как-то начали по разному снаряды летать вокруг. То те туда летят, то те сюда летят. Утром это было.
Я думаю, может позиции поменяли. Было тут всякое такое.
И потом выхожу, смотрю, рядом какой-то парень стоит. Я думаю: «Блин, надо подойти спросить, может он старший тут какой. Спросить сколько мы тут будем дежурить. Уже двое суток прошло, пора сменяться.»
Подошел к нему и говорю: «Слышишь, братан, ты не знаешь, кто тут старший вообще. Так и так, мы двое суток на позиции уже в наряде, пора меняться нам поди. Надо разобраться.»
А он в ответ говорит: «А ты, кто такой?»
Я отвечаю: «Как кто? Мы с этого, с артдивизиона, на усиление приехали. Вот и усиляем.»
А он спрашивает: «А что ж, у тебя там на шевроне?»
Я отвечаю: «Как что — флаг.»
Он спрашивает :»А чей флаг?»
Я отвечаю: «Наш флаг».
Тогда он говорит: «А ну, иди сюда…»
Я подхожу, и он говорит: «Давай, автомат ложи!» Вот. И я всё отдал в общем, и всё… Там и напарник мой вышел потом. И ему сказали автомат отдать.
Вот так мы отдежурили на усилении. Ничего непонятно — кто, где и как «
* * *
Так представители ВСУ и сдались спокойно, оставленные на «передке» командованием.