Как не перепутать мечту с химерой. Русский ответ. Дмитрий Выдрин
Завидую мифическому рифмоплету, который утром устало оповестил коллег: «Не спал всю ночь — писал про любовь. Только на рассвете закрыл тему». А я вот про мечту пишу и размышляю, пожалуй, десятилетия. А тема все никак не закрывается
Потому что неисчерпаема. Тем более в формате «русской мечты».
Впервые, помнится, задумался о феномене в далеком, но тогда еще не враждебном Вест-Поинте. Холодной весной девяносто второго читал лекции в этой известной американской военной академии на факультете разведки.
Аудитория была забавная: с десяток прокачанных курсантов-парней и пару гибких барышень. Все, естественно, — фанаты и поклонники погибшего Союза.
Тогда-то и понял простую истину: если человека готовят против какой-то страны и усиленно погружают его в ее культуру, язык и традиции, он как правило проникается к этой земле как минимум симпатиями. Ну, как наши, скажем, академические американисты.
Те же ребята были были ярыми фанами советского строя. И главными вопросами были: «Зачем разрушили такую замечательную державу?» и «Почему вы лично не боролись за ее сохранение?»
Вот тогда-то и вспомнилось про мечту. Я ответил, что при очевидных достоинствах былая наша страна минимизировала, купировала, секвестировала, оскопила… В общем, ограничила и урезала не только сукно сурового быта, но и вуаль трепетной мечты.
Скажем, я, тогда совсем молодой завкафедрой, мог мечтать о «Жигулёнке», но не мог даже помыслить о черной «Волге» — это только для партийной номенклатуры. Или же мог мечтать о трехкомнатной квартире, но не об особняке — это только для торговой масти.
Дотошные будущие «бонды» уточняли: «А почему нельзя мечтать о чем угодно?»
Объяснял: «Мечта — это совмещение актуальности с картинкой гипотетического будущего, которая имеет пусть призрачный, но определенный шанс сбыться. А фантазии абсолютно нереализуемые — это не мечта, а химера».
Типа, мечта мотивирует, а химера деструктирует личность. Мечта возвышает, а химера унижает. Впрочем, подробнее о социальных химерах можно прочитать у великолепного Николая Яковлевича Данилевского.
А пока вернемся к теме.
В период «арабской весны» я нашел вполне реальные подтверждения своей концепции в уютном Тунисе. Оказался там накануне местной «цветной революции».
Спросил у активистов: зачем они гробят такой комфортный уголок?
Ответили: «Верховные власти украли мечту у наших детей. Их отпрыски мечтают владеть банками и биржами, а нашим остается мечтать заведовать лавками и ларьками.»
То есть размер мечты имеет значение! И еще какое, если из-за него рушатся режимы, гибнут страны. Но тут возникает своего рода «уловка 22». А именно противоречие между базовыми характеристиками мечты. Между ее размерами и ее ресурсами…
Бывший мой студент, ставший президентом Грузии, с гордостью показывал мне лагеря грузинских беженцев из потерянных территорий. Там мальчиков учили национальной хореографии, а девочек — национальной вышивке. Ожидал моего восхищения. Теребил свежий галстук.
Я, наверное, его разочаровал. Сказал, что маловато будет гордым подросткам мечты о танцах, даже с саблями на подмостках местных ресторанов. Ну, а девицы вряд ли все повально и с восторгом видят себя домашними рукодельницами.
И, скорее всего, президентскую партию «Единое национальное движение» победит конкурирующая политсила, которая национализму противопоставит мечту и поднимет ее планку.
По этой простой причине, видимо, и возникла правящая ныне партия «Грузинская мечта». Хотя и она сейчас — в смысловой ловушке. Стала жертвой той же «уловки 22».
Всем обещает великое будущее, но не раскрывает его ресурсной базы. А простые грузины еще помнят, что все их успешные соотечественники состоялись на бескрайних просторах и немеряных активах России.
Может, Европа поможет грузинской мечте? Это вряд ли. Там есть свои мечтатели. Там нет российских ресурсов: ни в виде бескрайних пространств, ни в форме исторических архетипов, ни в мощи религиозных пластов, ни в традициях интеллектуального вечного поиска, ни в установке побеждать любой ценой.
И вот здесь мы и приходим к главному. К пониманию того, что кроме ресурсов мечты есть еще такой ее ключевой аспект как структура.
Мы долго загружали в мечту лишь очевидные материальные параметры. Так уж сложилось. И виноваты не только Голливуд, «голоса» или квартирный вопрос. Такая эпоха была.
Но на определенном этапе вдруг стало очевидно, что мечта не определяется квадратными метрами, лошадиными силами, сортами колбасы и даже кружевными трусами вкупе с национальными одеждами.
Да что там трусы и вышиванки! Эту эфемерную суть не всегда заполнишь и конкретными приватными банками с частными биржами. Потому, что в структуру мечты входят не только материально-осязаемые, но и духовно-эмоциональные факторы.
Досадую, что в свое время не удалось убедить тогда еще президента Украины Януковича в этой простой истине. За год до «евромайдана» я пытался уговорить его не сворачивать полярные и космические госпрограммы.
Обходились они бюджету меньше, чем стоимость обстановки президентского кабинета, зато давали основу для того, чтобы юные души жили мечтой не только о брокерстве или блогерстве, безвизе или посредничестве.
Кое-кто стал бы в мечтах космонавтом или полярником. А это другая история — для общества и страны.
России, прямо скажем, повезло. Удалось по ходу имплантировать в свой архетип:
— имперские мечты о бескрайних землях;
— советские нарративы о равноправии людей, народов, рас и наций;
— колбасные мотивы ельцинизма;
— нынешний порыв к самодостаточности личности и державы;
— и даже специфические трактовки еще только формирующихся базовых общественных элит.
Русская мечта ткет своеобычный образ будущего, где материальное не вычеркивает духовное, а причудливо с ним переплетается. Где бытовой аскетизм уже не считается достоинством, но и роскошь так и не стала абсолютной ценностью.
Где при слове «культура» хватаются не за пистолет, а за кредитную карточку. Где глубина традиционного цивилизационного слоя адекватна высоте космических амбиций…Это и есть, по сути, сакральный русский космизм — от мистического Федорова до технологичного Циолковского.
Еще раз подчеркну, что размер ВВП страны имеет существенное значение для ее планетарного веса. Но параметры мечты имеют значение куда большее!
Да, экономика РФ — куда ниже, чем у ее западных недругов. Зато мечты ее сограждан — куда как выше. Это повод для наших глобальных надежд.
Но и тревог будет не меньше. Запасы нефти и газа оппоненты еще могут нам простить. Даже могут смириться с силой русского оружия. Но с пассионарностью мечты — никогда.
Короче, как там пионеры говорили — будь готов!