«История их ничему не учит». Раскрыты детали переговоров в Женеве

0
38

"История их ничему не учит". Раскрыты детали переговоров в Женеве

Дипломатический марафон, стартовавший в Женеве, призван определить ситуацию с безопасностью в Европе. Россия потребовала гарантии нерасширения НАТО на восток, но США готовы обсуждать лишь контроль вооружений. Первый раунд переговоров, похоже, завершился вничью. Американская сторона недооценивает серьёзность происходящего, подчёркивают в Москве.

Сложный разговор

Главы делегаций заместитель министра иностранных дел Сергей Рябков и первый заместитель госсекретаря Уэнди Шерман медленно входят в зал, садятся друг напротив друга. Через некоторое время подходят к флагам для протокольной фотосъемки. Подчеркнуто сохраняют дистанцию: никаких рукопожатий. Прежде они в шутку соприкасались локтями, но не сейчас.

Накануне состоялся рабочий ужин — предварительная беседа в узком кругу. «Потрясающе, замечательно. Мы погрузились в материю предстоящих дел. Но разговор сложный. Он не может быть легким», — заметил тогда Рябков. И предупредил: американцам надо готовиться к компромиссам.

«Российская делегация приехала сюда с четкой позицией, которая содержит ряд элементов, на мой взгляд, вполне понятных и сформулированных настолько четко, в том числе на высшем уровне, что отклонений от этих наших подходов просто не может быть», — подчеркнул дипломат.

Американцы были сдержаннее в оценках. Шерман заявила, что США не хотели бы обсуждать европейскую безопасность без участия союзников и партнеров. Госдеп опубликовал короткое коммюнике о том, что Вашингтон «поддерживает право стран самостоятельно выбирать, в какие союзы вступать».

После переговоров в понедельник ощущалось некоторое разочарование. «Я надеюсь, в общенатовском кругу сложится, по крайней мере, лучшее, большее понимание того, что в тупик это все заводить нельзя и нужен прорыв, реальный шаг навстречу России», — сказал Рябков.

По ключевому вопросу, касающемуся нерасширения НАТО, прогресса нет. «Это свидетельствует о том, что американская сторона недооценивает серьезность происходящего», — пояснил замминистра, добавив, что, если ситуация не изменится, «Россия будет рассматривать ее с учетом всей совокупности факторов».

«Очень не хотелось бы столкнуться с ситуацией, когда страны НАТО во главе с США совершат такую ошибку и вновь будут действовать в ущерб и собственной безопасности, и безопасности всего Европейского континента», — указал дипломат.

Москва, по его словам, заняла подчеркнуто жесткую позицию, но без ультиматумов: «Мы никому не угрожаем последствиями. А с американской и европейской стороны мы постоянно слышим о некой высокой цене, которую России придется заплатить, если она сделает или не сделает что-то. Как будто их ничему не учит история. Такой разговор в принципе неприемлем для нас».

Пока даже неясно, состоится ли следующий раунд. Шерман дала понять, что всё же надеется на продолжение. Но речь идёт лишь о контроле вооружений: «Мы не обсуждали численность американских войск. Этот пункт не рассматривается».

Гарантии, только гарантии

России же нужны письменные гарантии безопасности, подразумевающие отказ от расширения НАТО на восток и ограничения на размещение ударных средств близ границы, в том числе на Украине, прекращение военного сотрудничества с постсоветскими странами, а также отказ от создания баз на их территории и вывоз из Европы американского ядерного оружия.

О юридических гарантиях в середине ноября заговорил Владимир Путин. Выступая на коллегии Министерства иностранных дел, он отметил, что Россия — миролюбивое государство, но в альянсе настроены на конфронтацию. Через месяц Москва передала Вашингтону проекты двух договоров.

Россия настаивала на том, чтобы эти документы рассмотрели как можно быстрее. Формальным поводом послужило обострение ситуации на Украине. В Москве заверили, что ни о каком нападении, о чем твердят западные СМИ, нет и помыслов, но пригрозили «предпринять альтернативные действия силового характера для обеспечения своей безопасности».

Красные линии Путин обозначил и в телефонных разговорах с Джозефом Байденом.

В Вашингтоне намекнули, что готовы выслушать озабоченности России, но хотели бы предъявить и собственные претензии. Атмосферу нагнетали американские СМИ. Со ссылкой на чиновников сообщали, что США «в случае нападения России на Украину» наложат жесткое эмбарго. Такие же санкции применяли к Кубе, Ирану, КНДР и Сирии. Речь о запрете экспорта любых потребительских товаров, использующих произведенную или разработанную в США электронику.

Тем временем госсекретарь Энтони Блинкен рассуждал, что Россия стремится восстановить ситуацию времен Советского Союза. А для США «это неприемлемо».

Глава Госдепа отметил, что американцы не ждут прорывов в вопросах безопасности, но не исключил, что Вашингтон и Москва могли бы договориться по поводу размещения в Европе ракет средней и меньшей дальности.

«Лишь бы не было осечек»

Прорывов никто и не ждал, отмечает программный директор Российского совета по международным делам (РСМД) Иван Тимофеев. «Позиции сторон отличаются радикально, примирить их довольно непросто, переговоры — это длительный процесс, — объясняет он. — Важно, чтобы сейчас, на начальной стадии, не произошло какой-то осечки, нужно создать основу для дальнейшего продвижения. Предпосылки к этому есть».

Замдиректора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Дмитрий Суслов более пессимистичен. Вашингтон старается разделить повестку, сосредоточиться на контроле над вооружением.

«Шерман и Госдеп позиционируют эти консультации как часть переговоров с Россией по вопросам стратегической стабильности. Они хотели бы обсудить размещение ракет в Европе, возможно, выйти на воссоздание Договора о ракетах средней и меньшей дальности, условиться об их неразмещении в Европе, о мерах деэскалации», — перечисляет политолог.

Однако США не готовы обсуждать отказ от политики открытых дверей НАТО и давать России какие-либо обязательства. А для Москвы это главное.

Дискуссии должны продолжиться в Брюсселе на заседании Совета Россия — НАТО и в Вене на уровне ОБСЕ. Генсек альянса Йенс Столтенберг считает, что с Россией «можно вести результативный диалог». В нынешней ситуации и это неплохо.