О внешнем факторе в Афганской проблеме

0
164

О внешнем факторе в Афганской проблеме

Последние события, происходящие вокруг и на территории Афганистана, укрепляют автора во мнении, что позитивное решение связанной с этой страной проблемы возможно только на базе формирования более или менее слаженно играющего “оркестра”, включающего в себя КНР, РФ, Индию, Пакистан, Иран и, конечно, новое руководство самого Афганистана.

Подобный подход к решению Афганской проблемы является прямым следствием общей её оценки как одного из важных элементов “Большой игры”, разворачивающейся в Индо-Тихоокеанском регионе, куда смещается фокус мировых событий. То есть сама эта проблема не представляет собой некий локально-автономный феномен и, тем более, не является следствием активности пресловутых “террористов”, которые в указанной игре выполняют вполне инструментальную роль.

В приведенном выше списке отсутствуют США, то есть один из основных мировых игроков, который хотя и сохраняет признаки присутствия в указанной проблеме. На авторский опять же взгляд, в данном случае для всех было бы лучше следование Вашингтоном принципа “уходя – уходи”.

Ибо с занятием “талибами” (всё ещё запрещёнными в России) господствующих позиций в Афганистане, непонятно, чем для них может быть полезен недавний враг. А вот перечисленные выше соседи очень даже пригодятся в ходе решения крайне сложных проблем, которые немедленно возникнут, как только придётся заняться управлением завоёванным государством.

Новому руководству, конечно, виднее, что необходимо делать в первую очередь. Но “на взгляд со стороны” список первоочередных мер мог бы выглядеть так:

● пресечение разного рода остаточных вооружённых эксцессов, видимо, неизбежных, как во всякой гражданской войне (одна из сторон которой, к тому же, пользовалась поддержкой интервентов);

● установление контроля над собственной приграничной зоной и контактов с пограничниками соседних государств; формирование системы правопорядка, которого обязаны придерживаться все;

● определение административного устройства страны с обеспечением определённой автономии меньшинствам; начало восстановления экономики с подавлением наркобизнеса, в чём (запрещённые, напомним) “талибы” весьма преуспели ещё в конце 90-х годов.

Повторим, во всём этом весьма продуктивно могут поучаствовать соседние страны. Но, конечно, только в формате упомянутого “оркестра”, то есть, действуя слаженно на пути движения к совместно сформулированным целям. Что просто недостижимо, если тот или иной его участник рассматривает другого в качестве источника серьёзных неприятностей или даже потенциального врага. В таком случае Афганистан из объекта приложения совместных усилий превратится в очередной раз (как это и было на протяжении столетий с разных желающими повоевать на его территории) в инструмент борьбы между ними.

В этом плане особого внимания заслуживают состояние и тенденции развития отношений между азиатскими гигантами Индией и КНР, в сфере влияния которых оказываются два других участника Афганской проблемы, а именно Пакистан и Иран. Крайне сложная система китайско-индийских отношений находится в поле постоянного внимания НВО.

Сегодня её основным раздражителем остаётся ситуация на одном из высокогорных участков (квази)границы в Ладакхе, принадлежность которых является предметом споров сторон. В начале августа прошёл 12 раунд переговоров на уровне командиров корпусов по поводу разведения воинских подразделений, задействованных в прошлогодних инцидентах. Итоги указанных переговоров оцениваются “в сдержанно-оптимистичных” тонах. Толчком для их проведения послужила встреча министров иностранных дел Индии и КНР на полях очередного мероприятия в рамках ШОС, состоявшаяся 14 июля в Душанбе. Оно было посвящено главным образом Афганской проблеме.

Но в этот же день произошло событие, шлейф от которого тянется до сих пор, приобретая оттенки, чреватые серьёзными последствиями для китайско-индийских отношений. Речь идёт об упоминавшемся нами ранее террористическим акте в приграничной с Афганистаном пакистанской провинции Хайбер-Пахтунхва, жертвами которого стали 9 китайских инженеров и рабочих, а также 4 пакистанца. Все они находились в подорванном террористами автобусе, двигавшемся к месту строительства ГЭС, которая с 2017 г. возводится китайской компанией в верховьях Инда вблизи г. Дасу.

Вновь отметим, что китайские специалисты, работающие в Пакистане на различных стройках, давно являются объектом атак разнообразных террористических групп.

Тем не менее обозначим в данном случае несколько специфических моментов. Во-первых, он стал самым кровавым за многие годы. Во-вторых (и это, пожалуй, главное), никогда ранее пакистанские власти столь определённо не указывали пальцем в сторону Индии, как организатора теракта, направленного против находящихся на территории страны китайцев.

Ранее делались полуофициальные высказывания относительно “провоцирования индийскими спецслужбами” белуджей на антикитайские акции в связи со строительством объектов Китайско-Пакистанского экономического коридора. Белуджи действительно рассматривают сегодня КПЭК в качестве главного вызова в их борьбе за независимость от Пакистана. Но Белуджистан находится на противоположной стороне Пакистана (вытянутого в виде “сардельки ” длиной в 3000 км) по отношению к провинции Хайбер-Пахтунхва, примыкающей, повторим, к Афганистану. На её территории проживают пуштуны, составляющие основу движения “Талибан”.

Спустя месяц после террористической атаки в Дасу министр иностранных дел Пакистана Ш.М. Куреши заявил, что она организована пакистанским отделением “Техрик-е Талибан” (тоже, естественно, запрещённого в РФ), базирующейся в той же провинции Хайбер-Пахтунхва. В данном случае, по мнению Ш.М. Куреши, это последнее находилось в некоторой связи с индийской службой внешней разведки RAW (the Research and Analysis Wing) и аналогичной службой (теперь уже бывшего) правительства Афганистана.

Повторим, в риторике официальных представителей Пакистана RAW и ранее упоминалось в связи с нередкими терактами на территории страны. Но, как правило, это касалось двусторонних пакистано-индийских отношений. Которые плохо выглядят более или менее постоянно и участие спецслужб обеих стран в неких “недружественных” акциях в отношении друг друга никого не удивляет.

Но, видимо, впервые индийские спецслужбы обвиняются в провоцировании конфликта Пакистана с его ключевым союзником КНР. Принимая во внимание, что в публичных заявлениях на уровне министров не могут фигурировать бездоказательные домыслы, возникает вопрос (более или менее актуальный для всех стран) об уровне контроля за работой “силовых” звеньев государственного организма. Указанным “звеньям” свойственно впадать в соблазн самим решать, что для страны важно, а что “пока подождёт”.

Между тем применительно к тандему КНР-Индия цена данного вопроса слишком высока. Ибо речь идёт как о комплексе отношений между двумя ведущими азиатскими державами, так и о перспективе их совместной работы в Афганской проблематике.

Отметим, что руководство КНР не сможет (если бы даже захотело) “спустить на тормозах” теракт подобного масштаба, который немедленно стал предметом обсуждения по телефону премьер-министров Ли Кэцяна и И. Хана.

Перспектива участия Индии в афганских делах становится совсем туманной и потому, что новое руководство Афганистана склоняется к приоритетному развитию отношений с КНР и РФ. В то время как предыдущее (“светское”) правительство отдавало предпочтение Индии. В этом плане примечательным оказалось выдержанное в жёстких тонах предостережение от попыток “вмешательства” во внутриафганские неурядицы, посланное талибами в сторону Дели.

Кого-то очень не устраивает перспектива налаживания отношений между двумя азиатскими гигантами и, в частности, их совместная продуктивная работа в Афганистане. Это может расстроить существенно более масштабную игру во всём Индо-Тихоокеанском регионе по выстраиванию антикитайской коалиции, участию в которой Индии придаётся ключевое значение.

И здесь вновь укажем на потенциально позитивную роль РФ как в Афганской проблематике, так и в сглаживании противоречий между её основными внешними участниками. Вместе с КНР России следует инициировать процесс под общим мемом “оружия – меньше; политики, дипломатии, экономики, торговли – больше”.

Важно лишь не стать жертвой предельно наглой и бесконечно тупой пропаганды на темы “отрезания голов”, “побивания женщин камнями”, “развала (вот-вот) США”. В целом паразитирующих на чужих трагедиях и, кажется, готовых вновь (как двумя месяцами ранее) впасть в состояние длительной падучей.

, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь