Крах доллара. Миф или реальность? И как это должно стать реальностью

0
58

Крах доллара. Миф или реальность? И как это должно стать реальностью

Крах доллара обещают, но он не случается. Одни говорят, что это миф, их идейные противники, что это случится «завтра». Я вижу, что истина где-​то посередине. В этой статье я постараюсь разобраться с основными аспектами с точки зрения объектов и субъектов этого процесса, почему это не произошло и в каком случае это должно случиться. Так или иначе сложно говорить о том, чего никто пока не видел (ну видели конечно, но в прошлых веках и с другими валютами), поэтому все написанное ниже игра логики в которой все еще может не хватать некоторых элементов.

Сразу постараюсь ввести некоторую условную терминологии, что бы было понятно, о чем я пытаюсь говорить. Примем, что крах доллара — это крах мировой финансовой системы. А крах финансовой системы означает, как принято выражаться, означает что за основные резервные валюты больше не отгружают ништяки, а бьют только в морду.

Итак, поехали, начнем с очевидного. Крах доллара должен случиться в случае, если текущая финансовая система станет невыносимой для ее участников на столько, что не будет ни одной причины в ней оставаться. Ну, например, я какой-​то менеджер, предприниматель, политик, простой Вася Пупкин, планирую жить свою жизнь, она как-​то течет, улучшается или ухудшается, но вот перед этим Васей ставят пропасть, что завтра денег не будет, все навернется… Какая реакция Васи, правильно, пусть доллар и плохой и мне он доставляет неудобства, но прыгать я не хочу, так решают не все, но большинство определяют течение. Т.е. для обрушения доллара необходимо, что бы количество готовых от него отказаться превысило критическую массу. Обычно такие ситуации случаются лишь во время кризиса, сегодняшний кризис являются одним из самых ярких за последние 100 лет, он доставляет дискомфорт не только странам, которые вынуждены отгружать свою продукцию практически за так и выходит, что одни работают, а другие едят, причем в три горла, но и с другой стороны это демотивирует народ из стран, которые печатают деньги работать, выходит, что одни могут сидеть дома «инвестировать» и не переутруждаться, для других же сколько не впахивай, остаешься нищим. На АШ куча подобных статей на эту тему за несколько лет. Определенно превышение критической массы недовольных это необходимое условие для разрушения финансовой системы, но недостаточное. Этого не хватит, что бы ее сломать, во время каждого кризиса много недовольных но система стоит.

Чего же не хватает, а не хватает альтернативы. Не так много идиотов готовых все разрушить ради идеи и потом думать, что же строить теперь, наши западные любители поскакать – не в счёт. Хотя стоп, о чем это я им предложили вступление в ЕС… Вот. И здесь если мы обратимся к истории было не так много исторических возможностей перевести систему торгово-​денежных отношений на новые рельсы. Действия ЕС не в счет, у них нет плана все перевернуть, у них есть план лишь пихаться за большее влияние с США в рамках текущего мироустройства, а большего они не планируют, т.е. каждый кризис они используют лишь на укрепление своего положения в мировой финансовой системе и у них нет интереса систему валить. Не плохие шансы свалить систему были у СССР, но слабохарактерность и несвоевременные уступки в адрес США в духе «мир, труд, жвачка» перечеркнули все шансы на воплощение данной ситуации.

Что же сейчас, а сейчас все интересно, Китай дорос до того, что начинает играть не только игру – попихаемся в корзине резервных валют, но и предлагать новую идею – «Цифровой Юань». Фрукт почти созрел. С другой стороны, Россия с более сырыми заготовками, но возможностью так же влиять на ситуацию и влезть в процесс создания новой системы. Но тут возникает одна сложность – в случае понимания, что систему не спасти, ее хозяева могу перезагрузить ее самостоятельно, обвинить в этом Китай или России и начать все по-​новой. В разделившемся мире шансы не понятны и возможно до сих пор у США огромные перевес в дипломатическо-​шпионской войне и Китай, как и СССР ее может не потянуть. Выходит, что мы получили 2 необходимых условия, но похоже и они не достаточны, потому как у СССР они тоже уже были и он не смог.

Третье условие напрашивается само-​собой – сделать невозможным выбрасывание России и Китая за борт формирования новой финансовой системы после перезагрузки. Как это сделать – очевидно, товарно-​сырьевая зависимость от нас и Китая, при этом прочие страны мира должны оказаться не способны заменить Россию и (или) Китай в мировой финансовой системе. Что мы видим на сегодня, Россия диктует цены на газ, Россию диктует политику по нефти, Россия независима и важна как производитель СХ  и вооружений. Китай в одночасье может оставить мир без широкого спектра изделий, особенно того, что касается полупроводников, батарей и много другого. Что же может предложить коллективный запад – бумага и права обладания? Выходит, что и тут ситуация назрела.

Значит завтра система упадет??? Наверное, спешить с выводами не стоит, подумав со стороны тех кому ее надо валить. Сейчас все складывается как нельзя хорошо, нужно ли валить систему непременно и переводить ее в неконтролируемый процесс, очевидно нет, мы хотим, чтобы переход был контролируем для нас и безопасным. Чего для этого не хватает? Платежеспособного спроса за пределами золотого миллиарда, вернее постановка не верная, под влиянием западной пропаганды. Этот спрос есть, и он подкреплен реальными товарами, но текущие денежные отношения его переносят из развивающихся стран в страны золотого миллиарда, где и есть эта бумага заставляющие нас продавать туда, а не тем, кто отгружает реальный товар. И тут приходит нам на помощь волшебный дефицит.

Дефицит, не важно чего, является причиной роста стоимости дефицитного товара. Очевидно на Айфоны дефицита нет, а вот на его компоненты уже есть, так же есть дефицит на много чего другого. Россия способна управлять дефицитом огромного количества материалов, но делать это надо грамотно. Ну вот про газ можно вспомнить или там про сталь. И вот на днях в очередной раз было озвучено как это будет делаться (Встреча Михаила Мишустина с членами бюро правления Российского союза промышленников и предпринимателей) – гибким налогообложением и минимизацией прибылей компаний, которая может быть выведена в страны Запада. Таким образом, что мы имеем. Скажем сегодня что-​то очень важное, что у нас есть стоит N рублей, мы берем и обкладываем это дополнительным налогом, а деньги возвращаем в отрасль формирующую спрос для дефицитного товара. Дефицит становится еще жестче, цена N, превращается в 2N при этом внутри себя мы покупаем значительно дешевле, а партнеры вынуждены допечатывать денег и чем они больше допечатывают, тем труднее им становится покупать и деньги становятся все более слабыми. В итоге получается, что приток валюты не меняется, а продаем мы все меньше и меньше, т.е. происходит снижение нашей зависимости от финансовой системы и одновременно с этим она деградирует. В этой ситуации для отдельных хорошо ведущих себя государств мы можем делать исключения, дающее им возможность развиваться, за определенные экономические уступки, они повышают свой платежеспособный спрос и замыкаются сильнее на нас снимая вес стран золотого миллиарда в общем потреблении.

Как мы видим с диверсификацией валютных накоплений, выходом из налоговых соглашений с офшорами и введением адаптивной налоговой ставки на дефицитные товары, Россия делает уверенный шаг, направленный на демонтаж текущей финансовой системы и «Крах доллара». Ставка сделана и обратного пути, возможно, уже нет. Получится ли? Я думаю мы все в этом заинтересованы, надеюсь руководство России готово к смелым и решительным шагам, а наши ситуативные союзники не подведут и ситуации кардинально переменится в нашу пользу.

Хороший кризис не должен просто так пропасть, пока мы его разыгрываем весьма умело.

Немножко сумбурно, но эта мысль меня уже не оставляет давно и постоянно нарастает. Скрестим пальчики, что бы хоть на сей раз у нас все получилось не как всегда, а как мы того хотим.

Правительство: Пришла пора привязать корпоративные налоги к мировым ценам, а также к инвестициям в основной капитал
Как и ожидалось — «пиратов карибских оффшоров» начинают заставлять лучше работать на дело общее.  Пара цитат Мишустина и Силуанова на встрече с правлением Российского союза промышленников и предпринимателей:

Мишустин:   …Уважаемые представители бизнеса!  Конечно, это ваше право – решать, как распоряжаться всеми заработанными средствами. Но сейчас во всём мире главным показателем социальной ответственности считается то, сколько бизнес вкладывает в развитие и своего дела, и своей страны. Выверенных шагов и социально ориентированных действий ждёт от вас не только Правительство, а в первую очередь граждане нашей страны…

Силуанов: …Ещё одна наша инициатива, которая сегодня тоже обсуждается, связана с изменением подходов к налогообложению прибыли компаний в зависимости от того, на какие цели используется эта прибыль.  Сегодня мы наблюдаем такие примеры, когда сверхприбыли компаний выплачиваются большей частью в виде дивидендов, в том числе выводятся в зарубежные юрисдикции. Конечно, такая ситуация не может нас устраивать…

Белоусов: …Почти 90 лет назад, в марте 1932 года, Максим Горький написал замечательную известную статью «С кем вы, мастера культуры?». Вот хочется спросить: с кем вы, мастера металлургии и химии? Вы в национальной повестке или нет?

Полностью:

Встреча Михаила Мишустина с членами бюро правления Российского союза промышленников и предпринимателей

М.Мишустин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Рад видеть всех вас здесь. Постоянный диалог между Правительством и предпринимателями – это очень важная часть эффективного государственного управления.

Правительство и Российский союз промышленников и предпринимателей успешно сотрудничают по всем основным направлениям. Мы стремимся сделать условия ведения бизнеса комфортными и предсказуемыми. Снижаем административную нагрузку. Многое было принято для поддержки бизнеса и в условиях пандемии – мы с вами неоднократно обсуждали различные меры и подходы.

Во вторник Правительство рассмотрело пакет законопроектов, которые связаны с формированием бюджета, в том числе основные направления налоговой и таможенно-тарифной политики на ближайшие три года.

Знаю, что бизнес внимательно следит за бюджетным процессом, это даёт вам возможность выстроить предсказуемо свои планы на будущее.

В этом году, чтобы сдержать рост цен в экономике – на различную продукцию и товары, Правительством были введены дополнительные меры защиты внутреннего рынка. В том числе мы летом ввели экспортные таможенные пошлины на металлы. При этом мы говорили, что они носят временный характер – до конца декабря этого года. И будут рассматриваться варианты замены их на соответствующее налогообложение.

По поручению Президента были подготовлены предложения по корректировке налоговой системы для некоторых добывающих отраслей. Они направлены на повышение эффективности и справедливости распределения ресурсов в экономике и, конечно, на стимулирование инвестиционной активности компаний, что очень важно.

Все подготовленные изменения прорабатывались с участием Российского союза промышленников и предпринимателей. Налажен, я считаю, конструктивный диалог с владельцами компаний. Андрей Рэмович Белоусов и Антон Германович Силуанов, другие коллеги неоднократно встречались с членами РСПП, менеджерами, представителями компаний, провели не одно совещание. А в последние недели работа не прекращалась даже в выходные дни. Считаю такой подход эффективным способом преодоления разногласий, особенно при выработке ключевых решений для бизнеса и государства. Мне кажется, эту практику взаимодействия надо обязательно сохранить и применять её в будущем. Правительство всегда открыто для конструктивного сотрудничества с бизнесом.

Сегодня очень важно сформировать согласованную позицию по основным параметрам налогового режима. Пока проект федерального бюджета на очередную трёхлетку готовится к внесению в парламент. Это позволит учесть изменения при определении объёма доходов и уровня финансового обеспечения наших социальных обязательств.

Уважаемые представители бизнеса!

Конечно, это ваше право – решать, как распоряжаться всеми заработанными средствами. Но сейчас во всём мире главным показателем социальной ответственности считается то, сколько бизнес вкладывает в развитие и своего дела, и своей страны. Выверенных шагов и социально ориентированных действий ждёт от вас не только Правительство, а в первую очередь граждане нашей страны.

И здесь крайне важно подчеркнуть, что, несмотря на дискуссию по ряду вопросов, у нас с вами общие интересы. Это развитие экономики и повышение качества жизни людей. Надеюсь, с таким пониманием мы и дальше будем действовать сообща.

Хотел бы также поблагодарить вас за конструктивное сотрудничество, поскольку, как мне доложили коллеги из членов Правительства, по основным параметрам удалось договориться.

Я бы хотел предложить сейчас следующий формат нашей беседы. Сначала предоставить слово Министру финансов Антону Германовичу Силуанову с докладом по основному вопросу. Затем попросить Александра Николаевича Шохина прокомментировать и выступить с докладом. И после этого Андрея Рэмовича Белоусова попрошу доложить.

Если нет возражений, то Антону Германовичу слово.

А.Силуанов: Спасибо.

Уважаемый Михаил Владимирович!

Уважаемые коллеги!

Министерство финансов подготовило предложения по совершенствованию рентного налогообложения в металлургии и ряде секторов экономики.

Ключевая идея заключается в том, чтобы уровень налоговых изъятий, именно рентных изъятий был соразмерен доходности компаний, чтобы доступ к этим средствам (недра у нас принадлежат государству) получила большая часть населения, которая нуждается в государственной поддержке.

Действующий порядок налогообложения основан на себестоимости сырья и не учитывает конъюнктуру мировых цен на такую продукцию, что мы наблюдаем особенно в текущем году, и резко увеличиваются рентные доходы компаний в результате изменения внешней конъюнктуры с точки зрения роста ценовых показателей. При этом государство, не получая доходов из-за роста конъюнктуры цен, ещё и несёт дополнительные бюджетные траты при государственных закупках в результате роста в том числе внутренних цен на эту продукцию. Мы считаем, что это несправедливо.

В мировой практике уровень изъятия природной ренты при добыче твёрдых полезных ископаемых составляет около 3–5% от выручки. В России даже с учётом прошлогодних изменений этот показатель находится в пределах 1–2%. При этом в нефтегазовой отрасли уровень налоговых платежей напрямую связан с ценовой конъюнктурой на мировых рынках и позволяет накапливать резервы для поддержки экономики и социальной сферы.

В результате переговоров с представителями отрасли нам удалось согласовать новые подходы в налогообложении, а именно привязать ставки налога на добычу полезных ископаемых к рыночным котировкам на отдельные виды твёрдых полезных ископаемых. Договорились также о введении акциза на жидкую сталь, который также будет увязан с динамикой мировых цен.

Предложенные изменения фактически выведут нас на среднемировой уровень изъятия природной ренты, которая будет направляться на финансовое обеспечение национальных целей развития, определённых Президентом страны. Таким образом мы закладываем фундамент честной и справедливой системы налогообложения на долгосрочную перспективу.

При подготовке налоговых инициатив мы исходили из плавающей ставки налогообложения, которая будет меняться вслед за ценовой конъюнктурой, что будет способствовать сохранению баланса интересов государства и бизнеса.

Мы согласовали с бизнесом параметры налогообложения по удобрениям, коксующемуся углю, многокомпонентным рудам. При этом остались ещё развилки по ставкам акциза на сталь и железную руду, в отношении которых мы надеемся сегодня договориться.

Ещё одна наша инициатива, которая сегодня тоже обсуждается, связана с изменением подходов к налогообложению прибыли компаний в зависимости от того, на какие цели используется эта прибыль. Сегодня мы наблюдаем такие примеры, когда сверхприбыли компаний выплачиваются большей частью в виде дивидендов, в том числе выводятся в зарубежные юрисдикции. Конечно, такая ситуация не может нас устраивать. Мы заинтересованы в том, чтобы деньги инвестировались внутри страны, ведь это потенциал для дальнейшего роста экономики и ВВП. Для этого мы вносим изменения в соглашение об избежании двойного налогообложения и предложили установить повышенную налоговую ставку на прибыль, если полученная прибыль направляется налогоплательщиком не на капитальные вложения, а на выплату дивидендов.

Ставку предлагается дифференцировать в зависимости от соотношения размера выплаты дивидендов за вычетом инвестиций к величине чистых активов компаний. Здесь предлагается два уровня налогообложения. Если сумма превысит величину чистых активов компании на начало пятилетнего срока, то ставку по налогу на прибыль предлагается установить в размере 25%. Сегодня обычная ставка – 20%. Если дивиденды превысят двукратную величину чистых активов, то мы предлагаем, чтобы ставка по налогу на прибыль составляла 30%. То есть такой дифференцированный подход в зависимости от объёма выплаты дивидендов. По предложенному механизму у нас есть много комментариев со стороны бизнеса, которые мы также хотели бы сегодня обсудить на совещании.

В заключение хотел бы поблагодарить наших коллег-предпринимателей за сотрудничество в подготовке налоговых инициатив. Надеюсь, что мы сегодня снимем все оставшиеся вопросы и придём к общей договорённости по подготовленным инициативам.

М.Мишустин: Спасибо, Антон Германович.

Пожалуйста, Александр Николаевич.

А.Шохин: Уважаемые коллеги!

Я хотел бы сразу начать с благодарности. Действительно, мы очень хорошо взаимодействуем, и не только по инициативам, связанным с внесением поправок во вторую часть Налогового кодекса, о которых Антон Германович сейчас рассказал, но и в принципе мы на разных площадках (на площадке Правительства, ключевых министерств, на площадке РСПП) ведём этот диалог. Я надеюсь, что эффективность этого диалога удовлетворяет обе стороны: и сторону Правительства и федеральных органов исполнительной власти, и бизнес.

Главное, конечно, не процесс, а результат, поэтому и пришлось работать 24/7, чтобы к моменту окончательного внесения поправок в Налоговый кодекс – а мы понимаем, что до 30 сентября и бюджет, и налоговые законы должны быть внесены в Думу, – успеть найти компромиссные решения.

Дискуссия была, безусловно, непростой, и должен сразу признаться в том, что это не просто дискуссия между бизнесом и Минфином, Правительством. Внутри бизнес-сообщества тоже шли довольно серьёзные дискуссии по определению того, как выйти на те решения, которые удовлетворяют и Правительство, и бизнес.

Поскольку два вопроса было затронуто Антоном Германовичем Силуановым – и, собственно, поправки во вторую часть Налогового кодекса касаются двух блоков, – я начну с налогообложения и дивидендов. Мы считаем, что это серьёзный, системный вопрос, он затрагивает все сектора экономики, а не только горнорудный комплекс, удобрения, металлургию и так далее. И безусловно, он повлияет на поведение компаний, и тут фискальный аспект, конечно, не главный. Главное – это справедливость в распределении прибыли и эффективное инвестирование, решение социальных проблем, социально ответственное инвестирование.

Что нас в этом варианте законопроекта беспокоит?

Во-первых, законопроект имеет обратную силу. Он если не формально, не легитимно, то по существу ставит под сомнение действия налогоплательщика, которые он совершал в предыдущем налоговом периоде плюс ещё четыре года, то есть за пять лет. При этом налогоплательщик, по идее, полностью соблюдал действовавшие на тот момент нормы законодательства. Мы считаем, что если заниматься этим вопросом, то нужен серьёзный переходный период и повышенная ставка может применяться за налоговый период не ранее 2022 года.

Из-под действия новой нормы выводятся госкомпании, притом что Налоговый кодекс прямо запрещает устанавливать дифференцированные ставки налогов в зависимости от формы собственности. С Минфином мы отмечали, что неправильно рассматривать отдельные предприятия – надо рассматривать группу компаний в целом. В текущей редакции законопроект не решает эту проблему.

Кроме того, не учитываются инвестиции в рамках целого ряда направлений инвестирования. Это и сделки о слиянии и поглощении, это и инвестиции в SPV, инвестиции в бизнесы в иных секторах экономики, которые могут осуществляться только за счёт дивидендов владельцев компаний, поскольку они, особенно для публичных компаний, являются непрофильными и не могут быть одобрены в рамках процедур корпоративного управления.

Не учитывается также длительный цикл инвестирования, который в ряде секторов, как мы знаем, превышает 10 лет. И есть ещё ряд вопросов по законопроекту: как учитывать амортизацию, незавершённое строительство. Я думаю, что об этом коллеги могут сказать.

Мы готовы работать над этим законопроектом, но считаем, что сейчас настолько много спорных вопросов, что в рамках этого бюджетного цикла мы не успеем на все вопросы ответить. Поэтому у нас, Михаил Владимирович, большая просьба: снять сейчас эти поправки в Налоговый кодекс с рассмотрения и провести дискуссию, и уже после того, как все эти вопросы будут отработаны, внести его, имея в виду, что он может вступить в действие с 1 января 2023 года.

При этом я согласен с позицией коллег из Правительства и из бизнеса, что, конечно, может возникнуть неопределённость и акционеры, собственники компаний будут ждать, чем же закончится эта дискуссия. Поэтому, несмотря на нашу просьбу перенести рассмотрение этого вопроса, мы считаем, что чем быстрее мы тут договоримся, тем будет лучше.

По НДПИ. Здесь тоже была жаркая дискуссия, и тот факт, что не по всем вопросам удалось добиться компромисса… Компромисс был достигнут у производителей минеральных удобрений (здесь коллеги могут рассказать), но здесь вышли по разным типам удобрений на несколько отличающиеся формулы: это и дополнительные слагаемые, и коэффициенты рентные, и дополнительные или специфические ставки НДПИ.

Главный критерий тут был, с одной стороны, выйти на цифру дополнительных поступлений в бюджет и, с другой стороны, иметь возможность рентный коэффициент 1 использовать и для СЗПК, СПИК, для новых месторождений, где уровень выработки низкий. Эту норму мы применяли, когда год назад вводили повышенный коэффициент 3,5. Предлагаемый коллегами подход позволяет сохранить возможность и повышать сборы через НДПИ, и в то же время сохранять льготный режим для реальных инвестиционных проектов.

По чёрной металлургии ситуация более сложная. Здесь у нас ассоциация «Русская сталь» дискуссию организовывала. Я думаю, Алексей Александрович Мордашов как действующий руководитель этой ассоциации доложит о последних результатах. Дискуссия продолжалась вплоть до совещания, в холле мы ещё продолжали обсуждать эти темы, но думаю, что действительно мы собрались здесь, чтобы договориться о компромиссах.

Ещё раз подчеркну, что здесь компромисс нужен и внутри бизнеса, в частности с учётом особой ситуации по электростали. Там, скажем, введение акциза на жидкую сталь по-разному затрагивает комплексные компании со своей горнорудной базой и электросталеплавильщиков, которые такой базы не имеют, и так далее.

Тем не менее, я думаю, мы близки к тому, чтобы здесь найти развязки, и сегодняшняя встреча – это хороший способ договориться. Поэтому рассчитываем, Михаил Владимирович, на Вас как на верховного судью в этом споре.

М.Мишустин: Так не надо, у нас есть Верховный Суд в стране.

Спасибо, Александр Николаевич.

Пожалуйста, Андрей Рэмович.

А.Белоусов: Уважаемый Михаил Владимирович!

Уважаемые коллеги!

Я работаю в Правительстве с 2006 года так или иначе. Пришёл заместителем министра, до этого два года был советником Михаила Ефимовича Фрадкова, Председателя Правительства. Я, честно скажу, не припомню столь слаженной, заинтересованной, гибкой работы бизнеса и Минфина, которая проводилась в последние дни.

Дело не в том, что высказывались взаимные претензии и предложения, а в том, что был организован, наверное, впервые действительно очень ответственный поиск решения, которое устроило бы обе стороны. Это очень дорогого стоит, и я считаю, что кроме налогового эффекта, к которому мы сейчас, я надеюсь, придём (там осталось ещё несколько «не взятых крепостей», но уже даже не очень, может быть, серьёзных), мы ещё получили и этот уникальный опыт механизма таких консультаций и такого взаимодействия.

Я бы хотел обратить внимание на два момента.

Первый момент касается этих рентных платежей, где мы уже практически нашли совместное решение. Я бы предложил всё-таки обратить внимание на то, что сегодняшняя дискуссия и сегодняшний механизм, который мы обсуждаем, существенно выходит за границы обычных, стандартных ежегодных сессий по обсуждению налоговой повестки. Почему? Потому что мы находимся сейчас (мы все это хорошо понимаем) в режиме входа в новую карбоновую дискуссию. Дискуссию, которая займёт несколько лет. Не мы её инициировали, эту дискуссию, но так или иначе она существует. Это дискурс, который возник прежде всего в наших взаимоотношениях с Евросоюзом.

Нам нужно найти взаимоприемлемое сбалансированное решение, прежде всего для налогообложения в сырьевых отраслях, которые подпадают под карбоновое регулирование.

И я очень бы хотел, чтобы тот механизм, который мы сегодня определили или определим, связанный с изъятием ренты, рассматривался как такой важнейший шаг в поиске сбалансированной справедливой налоговой нагрузки на сырьевые отрасли в контексте именно этой карбоновой нашей эпопеи.

Второй момент, на который хотел бы обратить внимание, то, о чём сейчас Александр Николаевич поднял вопрос. Это вопрос по налогообложению дивидендов.

Почти 90 лет назад, в марте 1932 года, Максим Горький написал замечательную известную статью «С кем вы, мастера культуры?». Вот хочется спросить: с кем вы, мастера металлургии и химии? Вы в национальной повестке или нет?

С моей точки зрения, сегодня для бизнеса находиться в национальной повестке – это не только софинансировать социальные программы в регионах, платить налоги (это само собой разумеется), но это в первую очередь – инвестировать. Почему? Потому что у нас сейчас во весь рост стоит альтернатива.

Либо мы за счёт инвестиций получим приемлемые темпы роста (3, 4% – это вопрос счётный) и тогда сможем решать наши социальные проблемы, которые копились годами и даже десятилетиями, с 1990-х годов, а некоторые ещё с советского времени, – вопросы бедности, вопросы пенсий, здравоохранения, образования и так далее – без повышения нагрузки на бизнес.

Либо мы без инвестиций попадём в низкие темпы роста, и тогда неизбежно повышение налоговой нагрузки на бизнес, перераспределение через бюджет. Неизбежно.

Эта альтернатива стоит не только перед чиновниками, она перед всеми стоит.

И что вызывает беспокойство? В раздаточных материалах есть последний график. Мы с вами видим, что у нас до 2015 года включительно рост инвестиций, динамика объёма инвестиций по металлургическим компаниям, по компаниям химии обгоняла дивиденды. Начиная с 2015 года – 2016-го, точнее, – картина ровно обратная: каждый год у нас дивиденды выше инвестиций, и вот эта развилка всё больше и больше.

Я заранее знаю, что коллеги скажут. И в этом есть своя правда. Что есть инвестиционный цикл, что после кризиса 2009–2010 годов металлургические компании в том числе начали серьёзно обновлять свою производственную базу. Начиная с 2011 года инвестиции сильно росли, и производственная база даже переразмерена и так далее. И сейчас компании наслаждаются плодами того инвестиционного цикла и выплачивают дивиденды.

Но, во-первых, уж больно большой разрыв.

Во-вторых, уважаемые коллеги, у нас повестка сейчас – диверсификация и технологическая модернизация. Без технологической модернизации мы не пройдём ковидную историю. А без диверсификации не сможем решить вопросы ни устойчивости нашей экономики, ни устойчивости вашего бизнеса, ни повышения реальной заработной платы и доходов населения и все социальные вопросы, которые есть.

Поэтому речь не идёт о том, чтобы отнять у вас доходы, отнять дивиденды, заставить вас не платить дивиденды.

Мы прекрасно понимаем, что дивиденды – это цель инвестиций. Инвестиции делаются для того, чтобы платить дивиденды. Вопрос в том, чтобы этот разрыв не нарастал, не был слишком большим и не формировал фактически нагрузку на нашу экономику.

Мы все слышим то, о чём сказал Александр Николаевич. Наверное, надо сейчас вопросы оптимизации ренты и вопросы дивидендов, налогообложения – речь идёт о налогообложении разницы между дивидендами и инвестициями – разнести.

И действительно, в вопросах дивидендов, вот этого налогообложения, второго налога в последние дни вскрылось, или был зафиксирован, в том числе бизнесом, целый ряд проблем, которые, Михаил Владимирович, на сегодня не решены. Это правда. Это честная правда.

Но я просто хочу обратить внимание, что вопросы инвестирования, ускорения инвестиций, хотим мы того или нет, стоят в повестке дня каждой компании. Даже если у неё завершился инвестиционный цикл, есть вопросы диверсификации, повторюсь, и технологической адаптации к нашим карбоновым вызовам.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь